Покорение Эвереста: Романтика гор или хождение по трупам?

Трупов на нем не счесть и никто не спешит спускать их вниз.

8 августа — Международный день альпинизма, и сегодня мы вспоминаем тех, для кого лучше гор могут быть только горы, на которых еще не бывал. Это занятие сопряжено с множеством опасностей, но несмотря на все это ежегодно тысячи людей отправляются в путешествия, из которых они, скорее всего, не вернутся, и знают об этом.

На Эвересте группы альпинистов проходят мимо непогребенных трупов, разбросанных то там, то тут, — это такие же альпинисты, только им не повезло. Кто-то из них сорвался и переломал себе кости, кто-то замерз или просто ослаб и все равно замерз.

Какая мораль может быть на высоте 8000 метров над уровнем море? Тут уж каждый за себя, лишь бы выжить.

Многие знают, что покорение вершин это смертельно опасно. И те, кто поднимаются, не всегда спускаются. На Горе умирают и новички и опытные альпинисты.

Но к моему удивлению, совсем не многие знают, что умершие остаются там, где их застигла судьба. Нам, людям цивилизации, интернета и города — по меньшей мере странно слышать, что тот же Эверест давно превратился в кладбище. Трупов на нем не счесть и никто не спешит спускать их вниз.

Недавно я рассказал об этом своему знакомому, так он мне не поверил.

Говорил, что не может такого быть, чтобы людей оставили лежать там, где их застигла смерть.

Но в горах несколько иные правила. Хорошие или плохие — не мне и не из дома судить. Порой мне кажется, что в них очень мало человеческого, но даже будучи на пяти с половиной километрах, я чувствовал себя не слишком хорошо, чтобы, к примеру, волочить на себе что-либо весом килограмм под пятьдесят. Что уж говорить о людях в Зоне смерти — высоте восемь километров и выше.

По статистике на гору поднялось около 1500 человек. Остались там (по разным источникам) от 120 до 200. Можете себе представить?

1. Если так хочется доказать самому себе, что ты смертен, то тогда стоит попытаться побывать на Эвересте.

2. Скорей всего, все эти люди, которые остались лежать там, думали, что это не про них. А теперь они как напоминание о том, что не всё в руках человека.

3. Статистику невозвращенцев там никто не ведет, ведь лезут в основном дикарями и малыми группами от трех до пяти человек. И цена такого восхождения стоит от 25т $ до 60т $. Иногда доплачивают жизнью, если сэкономили на мелочах. Так, на вечной страже там осталось около 150 человек, а может и 200. И многие, кто побывал там, говорят, что чувствуют взгляд черного альпиниста, упирающегося в спину, ведь прямо на северном маршруте находится восемь открыто лежащих тел. Среди них двое русских. С юга находится около десяти. А вот отклоняться от проложенной тропы альпинисты уже боятся, могут и не выбраться оттуда, и никто их спасать не полезет.

4. Жуткие байки ходят среди альпинистов, которые побывали на той вершине, ведь она не прощает ошибок и человеческого безразличия. В 1996 году группа альпинистов из японского университета Фукуока поднималась на Эверест. Совсем рядом с их маршрутом оказались трое терпящих бедствие альпинистов из Индии — истощенные, заледеневшие люди просили о помощи, они пережили высотный шторм. Японцы прошли мимо. Когда же японская группа спускалась, то спасать уже было некого — индусы замерзли.

5. Это предполагаемый труп самого первого альпиниста, покорившего Эверест, который погиб на спуске.

Считается, что Мэллори первым покорил вершину и погиб уже на спуске. В 1924 году, Мэллори с напарником Ирвином начали восхождение. Последний раз их видели в бинокль в разрыве облаков всего лишь в 150 метрах от вершины. Затем облака сошлись и альпинисты исчезли.

Назад они не вернулись, лишь в 1999 году, на высоте 8290 м, очередные покорители вершины наткнулись на множество тел, погибших за последние 5-10 лет. Среди них обнаружили Мэллори. Он лежал на животе, словно пытавшийся обнять гору, голова и руки вморожены в склон.

Напарника Ирвина так и не нашли, хотя обвязка на теле Мэллори говорит о том, что пара была друг с другом до самого конца. Веревка была перерезана ножом и, возможно, Ирвин мог передвигаться и, оставив товарища, умер где-то ниже по склону.

6. Ветер и снег делают своё дело, те места на теле, которые не прикрыты одеждой, обглоданы снежным ветром до костей и, чем старше труп, тем меньше на нем остается плоти. Эвакуировать мертвых альпинистов никто не собирается, вертолет не может подняться на такую высоту, а тащить на себе тушку от 50 до 100 килограмм альтруистов не находится. Так и лежат непогребенные альпинисты на склонах.

7. Ну не совсем уж все альпинисты такие эгоисты, все-таки спасают и не бросают в беде своих. Только многие, кто погиб — виноваты сами.

Сергей Арсентьев и Френсис Дистефано-Арсентьев, проведя на 8,200 м три ночи (!), вышли на восхождение и взошли на вершину 22/05/1998 в 18:15.Восхождение совершено без использования кислорода. Таким образом, Френсис стала первой американской женщиной и всего второй за всю историю женщиной, совершившей восхождение без кислорода.

Во время спуска супруги потеряли друг друга. Он спустился в лагерь. Она — нет.

На следующий день пять узбекских альпинистов шли на вершину мимо Френсис — она еще была жива. Узбеки могли помочь, но для этого отказаться от восхождения. Хотя один их товарищ уже взошел, а в этом случае экспедиция уже считается успешной.

На спуске встретили Сергея. Сказали, что видели Френсис. Он взял кислородные балоны и пошел. Но пропал. Наверное сдуло сильным ветром в двухкилометровую пропасть.

На следующий день идут трое других узбеков, три шерпа и двое из Южной Африки — 8 человек! Подходят к ней — она уже вторую холодную ночевку провела, но еще жива! Опять все проходят мимо — на вершину.

«Мое сердце замерло, когда я понял, что этот человек в красно-черном костюме был жив, но абсолютно один на высоте 8,5 км, всего в 350 метрах от вершины, – вспоминает британский альпинист. – Мы с Кэти, не размышляя, свернули с маршрута и попытались сделать все возможное, чтобы спасти умирающую. Так закончилась наша экспедиция, которую мы готовили годами, выпрашивая деньги у спонсоров… Нам не сразу удалось добраться до нее, хотя она лежала и близко. Двигаться на такой высоте –то же самое, что бежать под водой…

Мы обнаружив ее, пытались одеть женщину, но ее мышцы атрофировались, она походила на тряпичную куклу и все время бормотала: „Я американка. Пожалуйста, не оставляйте меня“…

Мы одевали ее два часа. Моя концентрация внимания была потеряна из-за пронизывающего до костей дребезжащего звука, разрывавшего зловещую тишину, – продолжает свой рассказ Вудхолл. – Я понял: Кэти вот-вот и сама замерзнет насмерть. Надо было выбираться оттуда как можно скорее. Я попытался поднять Фрэнсис и нести ее, но это было бесполезно. Мои тщетные попытки спасти ее подвергали риску Кэти. Мы ничего не могли сделать.»

Не проходило и дня, что бы я ни думал о Фрэнсис. Спустя год, в 1999-м, мы с Кэти решили повторить попытку добраться до вершины. Нам это удалось, но на обратном пути мы в ужасе заметили тело Фрэнсис, она лежала точно так, как мы ее оставили, идеально сохранившейся под влиянием низких температур.

Такого конца никто незаслуживает. Мы с Кэти пообещали друг другу вернуться на Эверест снова, чтобы похоронить Фрэнсис. На подготовку новой экспедиции ушли 8 лет. Я завернул Фрэнсис в американский флаг и вложил записку от сына. Мы столкнули ее тело в обрыв, подальше от глаз других альпинистов. Теперь она покоится с миром. Наконец, я смог сделать что-то для нее.” Йен Вудхолл.

Через год тело Сергея Арсеньева было найдено: «Прошу прощения за задержку с фотографиями Сергея. Мы определенно его видели — я помню фиолетовый пуховый костюм. Он был в положении как бы поклона, лежа сразу за Джохеновским (Jochen Hemmleb — историк экспедиции — С.К.) „неявно выраженным ребром“ в районе Мэллори примернона 27150 футах (8254 м). Я думаю, это — он.» Джейк Нортон, участник экспедиции 1999 года.

Но в том же году был случай, когда люди остались людьми. В украинской экспедиции парень провел почти там же, где американка, холодную ночь. Свои спустили его до базового лагеря, а далее помогали более 40 человек из других экспедиций. Легко отделался — четыре пальца удалили.

«В таких экстремальных ситуациях каждый имеет право решать: спасать или не спасать партнера… Выше 8000 метров ты полностью занят самим собой и вполне естественно, что не помогаешь другому, так как у тебя нет лишних сил».

Мико Имаи.
 

«Невозможно позволить себе роскошь нравственности на высоте более 8000 метров»

Источник

Читайте також:
Загрузка...

Залишити відповідь

Ваша e-mail адреса не оприлюднюватиметься. Обов’язкові поля позначені *