Большинство семей российских военнослужащих, убитых на Донбассе, не получают обещанных компенсаций от государства в размере 2 млн рублей. А многие российские офицеры в частных разговорах называют войну в Украине государственным преступлением.

Об этом сообщил российский политик и правозащитник, лишенный мандата депутата Псковского областного собрания Лев Шлосберг в эфире Эха Москвы,передает Цензор.НЕТ.

“Ситуация с погибшими на востоке Украины не менялась никогда. Это изначально была тайная война, это изначально была ложь государства, ложь, о которой знали тысячи, я думаю, даже десятки тысяч, непосредственно причастных к семьям военнослужащих. Такие военные города, как Псков, знали об этом, можно сказать, полностью, потому что Псков знает, где находится дивизия и что она делает. А ситуация 14-го года – это ситуация полного интеллектуального слома российской государственной машины, когда государство потеряло голову и способность адекватно оценивать ситуацию после крымских событий. Была абсолютная уверенность в том, что на востоке Украины повторится так называемое триумфальное крымское шествие, когда сами жители будут вносить тех людей, кого Россия хотела бы видеть руководителями регионов в административные кабинеты.

Когда выяснилось, что на востоке Украины украинские вооруженные силы защищают Украину, это было колоссальным сюрпризом и для политического и военного руководства России. Соответственно, не ожидали, вообще, военных действий, не ожидали потерь; не были готовы ни объяснять это обществу, ни объяснять это самим военнослужащим. Учитывая, что в августе месяце ожидали всего лишь военного сопровождения политических действий, то сами военнослужащие только попав на территорию Украины узнавали, куда они попали, какая перед ними стоит боевая задача. Уже в сентябре 14-го года это прекратилось. Людям стали говорить, куда они едут. Но общее отношение к этим боевым действиям, замаскированное под “добровольцев”, “казаков”, кого угодно, не изменилось.

Признавать этот страшный смертный грех войны на востоке Украины силами российских Вооруженных Сил наше государство не намерено, потому что вслед за этим необходимо будет называть цифру погибших. Это будут тысячи человек. Мы не можем называть число, но, когда рано или поздно это станет известно, – а это станет известно – это будет вопрос политической ответственности за этих погибших, притом и погибших в России и погибших в Украине. Я не уверен, кстати говоря, что цифра погибших граждан Украины сейчас известна точно, какая это была ужасная война. Она не закончена”, – заявил он.

О том, что произошло с теми, кто воевал в Украине и не вернулся, Шлосберг отметил:

“Да, некоторым заплатили, но не всем. Когда число погибших стало очень велико, многих из них задним числом записывали в “казаки” и люди не получали ничего вообще. Мы знаем таких погибших, которых просто похоронили, в том числе, и в Пскове. Им, как ветеранам боевых действий за другие войны, выдали пособие на погребение, но ни копейки денег государство за убитого военнослужащего уже не заплатило, потому что просто нашли такой способ маскировать эти потери.

Я думаю, что государство в огромном долгу пред российской армией, оно совершило преступление против армии. Армия выполняет политические задания любые. Принято политическое решение: воевать там. Армия узнает об этом решении и воюет. Но тогда это открытая война, это официально погибшие, это официальные похороны. И обществу объясняют: Наше государство воюет там-то, для того-то и потому-то. Люди, вероятно, могут с этим не согласиться и подать в отставку. Но, когда человека в приказном порядке отправляют на войну, которое государство скрывает, государство лжет об этой войне, о том, что ее нет, государство лжет о масштабе участия Вооруженных Сил; государство лжет о потерях, не позволяет людям открыто об этом разговаривать, а, в конце концов, даже перестает платить семьям погибших. Это значит то, что государство утратило полностью свою моральную составляющую.

Я общался со многими офицерами, в том числе, старшими офицерами, которые называют войну в Украине государственным преступлением. Сейчас они молчат, они говорят об этом только в частных разговорах. Но я знаю, что некоторые из этих людей, я вижу этих людей, в другой общественной ситуации, наверное, скажут. То, что они сейчас все молчат, это просто показывает запредельный уровень страха в стране. Это очень печально для общества. Это очень печально. Потому что люди считают, что их публичное высказывание может сломать их жизнь и такой ценой они говорить, к сожалению, не готовы”, – резюмировал он.

Источник: ИС